"В Узбекистане сливочного масла нет!" Об этом корреспонденту "Фергана.Ру" рассказал директор одного из частных молокозаводов республики. Мы познакомились с ним в такси, по дороге из области в Ташкент. Дорога была дальняя, и мой собеседник, узнав, что я журналист, согласился посвятить меня в свои профессиональные тайны, предварительно взяв с меня обещание ни в коем случае не сообщать его имя и название руководимого им предприятия. "В этой области крутятся миллиарды, и человеческая жизнь ничего не стоит", - добавил он.

В ответ на мою просьбу рассказать о состоянии в мясомолочной промышленности Узбекистана на сегодняшний день, мой собеседник начал издалека.

- Для благополучного развития мясомолочной отрасли необходимо несколько основных составляющих: скот, корма для него, средства и конечно уход. Что касается скота, то увидев в каком состоянии он находится, любой нормальный человек придёт в ужас. Коровы худые, одни ребра, свалявшаяся шерсть висит клочьями. По долгу службы я много ездил по республике. Так вот, в одном селении я сам видел, как обессилевшая корова упала в арык, и хозяин не смог её поднять - она попросту подыхала от истощения. Примерно в таком же состоянии находится и всё мясомолочное производство республики.

Короче говоря, повсеместно не хватает кормов. Если сравнивать с Прибалтикой, то там о кормах можно особо не заботиться: влажный климат способствует их круглогодичному росту. Здесь же за лето вся трава сжигается солнцем, и запасов сена хватает лишь для того, чтобы скотина элементарно не подохла. Раньше, при Советском Союзе, все было централизовано, а сейчас и частные производители, и фермеры не имеют возможности закупать корма. А на торговую биржу, где можно это сделать, они не сунутся по причине отсутствия денег. Отсюда и маленькие надои, и недостаточная жирность молока. К слову сказать, жирность понижается также и в процессе перевозки молока от фермы до комбината. За те 20-30 км, которые молоковоз преодолевает в пути, от тряски самая жирная часть молока всплывает наверх. Молоковозы при этом не опечатываются. Так вот, что стоит водителю остановиться в поле, открыть бидоны и снять ведро сливок?..

- Кто же виноват в сложившейся ситуации?

- Тут получается какой-то замкнутый круг: фермер, если он занимается животноводством, должен продавать свое молоко, то есть, получать за него деньги. Молокозаводы, всевозможные теперь уже приватизированные комбинаты платить деньги не в состоянии, поскольку в стране очень большая проблема с "наличкой". И, соответственно, у фермера нет денег, чтобы закупать корма для своих коров. То есть, виновна вся государственная система, которая не вмешивается в решение настоящей проблемы. В странах ЕС, к примеру, молодое хозяйство получает огромные дотации от государства. У нас же все делается с точностью до наоборот. С одной стороны, все газеты пишут о большой помощи, о развитии и так далее, а на деле никакой помощи нет. В итоге, молокозаводы, способные в день перерабатывать 200-300 тонн молока, сегодня в день набирают 5-7 тонн. Если набирается 10 тонн, это уже считается хорошо. Если меньше, то такой комбинат уже нерентабелен. И опять же замкнутый круг: молока поступает мало, молокозавод нерентабелен, у его руководства нет денег, чтобы заплатить фермеру - предприятие всё в долгах. А если б и были деньги, наличными платить фермеру никто не имеет право. Выход один - платить неучтенной "наличкой". Небольшие частные молокозаводы, производящие творог, мороженое, и прочие молокопродукты, если будут работать по закону, также ничего не купят ни у фермеров, ни у частников, потому что выручку в обязательном порядке нужно инкассировать, сдавать в банк, а обратно её получить уже невозможно. Следовательно, чтобы иметь оборот, нужно "крутиться", то есть, не учитывать продукцию, не облагать её для государства налогом, неучтённой сдавать в магазин, который в своих отчетах её не показывает, продает и делится с производителем частью выручки.

Естественно, такой оборот уже криминальный, то есть, незаконный. Но сами условия, как следует из вышесказанного, таковы, что честно работать невозможно.

А это само по себе рождает новые проблемы: подобный теневой оборот подразумевает, что продукция не соответствует государственным стандартам, она никем не проверяется, на нее отсутствуют санитарно-эпидемиологические сертификаты.

- Так, если говорить о молочной продукции, что же мы едим?

- В магазинах республики продается масло, которое не соответствует никаким стандартам. К примеру, масло "Крестьянское" должно иметь 72 % жирности, сливочное масло - не менее 80 %. А на деле жирность не превышает 40 %, то есть, фактически, это бутербродное масло, выдаваемое за сливочное. Сами продавцы в беседе со мной признают, что так называемое "Прибалтийское" или "Австралийское", или "Германское" масла делают у нас или, в лучшем случае, в соседнем Таджикистане. А цена его соответствует цене настоящего масла и составляет 3,5 тысячи сумов (приблизительно - 3,3 доллара США).

Представляете, какая это прибыль для тех, кто его реализует! Честно говоря, здесь найти концы очень трудно, вся информация тщательно скрывается. Факт в том, что настоящего сливочного масла в республике практически нет. Но самое интересное, что в сложившейся ситуации его и быть не может...

- А какое масло делаете вы?

- Я руковожу одним из немногих в республике предприятий, производящих качественную продукцию. Однако настоящее масло, исходя из его себестоимости, не может продаваться дешевле 3 тысяч сумов. И вот мы приносим такое масло в какое-либо учреждение, будь то министерство, большое ведомство или даже к частному продавцу, и предлагаем его купить. Но зачем им покупать у нас по 3 тысячи качественное масло, если они покупают за 2 тысячи бутербродное масло и прекрасно его продают за три с половиной тысячи? Зачем мы им нужны?..

- А как обстоит дело с растительным хлопковым маслом? Почему оно такое дорогое?

- В начале этого года на производимое в республике хлопковое масло - предмет первой необходимости - государством утверждён акциз в 79%. То же хлопковое масло, произведённое в Казахстане, стоит намного дешевле, но привезённое сюда, стоит столько же - 1200-1300 сумов за литр. Выводы делайте сами...

К сведению:

Российская компания "Вимм-Билль-Данн Продукты питания" (ВБД), купившая контрольный пакет акций крупнейшего в Узбекистане молочного комбината - АО "Ташкентсут", никак не начинает плановую работу. Причина в том, что менеджмент ВБД ожидает, когда же, наконец, будет принято специальное правительственное постановление, гарантирующее крупному иностранному инвестору пакет индивидуальных льгот. Сейчас молочный комбинат не работает, трудовой коллектив отправлен в бессрочный отпуск.

"Ташкентсут" специализируется на производстве молочных продуктов, соков и напитков. Его мощность предусматривает переработку 300 т молока в сутки, а суммарная мощность составляет 100000 т. в год, т.е. около 9% от совокупной мощности "Вимм-Билль-Данна".

В настоящее время в большинстве продуктовых магазинов Ташкента можно купить лишь молоко в мягких пакетах от компании "Nestle". Оно не очень популярно среди населения узбекской столицы по причине относительной дороговизны. Ташкентцы считают его "порошковым" и предпочитают приобретать молоко и молочные продукты у частных торговцев на рынках и маленьких базарчиках, разбросанных по городу. Также широко распространены сегодня в Узбекистане услуги молочников и молочниц, разносящих по домам кефир, сметану и творог кустарного производства.