Как и предсказывали многие наблюдатели, после кровавых столкновений в Андижане - четвертом по величине городе Узбекистана - в стране отмечается ухудшение религиозной ситуации. Официальный Ташкент назвал среди основных организаторов недавних беспорядков экстремистские группировки исламистов, в частности, нелегальное религиозное движение "Акрамия", лидер которого Акрам Юлдашев до сих пор отбывает наказание в одной из колоний, и исламскую экстремистскую организацию "Хизб ут-Тахрир". Власти Узбекистана существенно усилили государственный контроль за всеми исламскими религиозными движениями и объединениями. Между тем в последнее время все чаще звучат заявления о том, что исламский фактор не был определяющим в ситуации, сложившейся в Узбекистане. Имели ли события в Андижане религиозный подтекст или столкновения произошли исключительно по социально-экономическим причинам? С таким вопросом корреспондент "НГР" обратился к лидерам исламской общины России.

Шейх Фарид Асадуллин, сопредседатель Информационно-аналитического центра Совета муфтиев России:

Подавляющее большинство населения Ферганской долины - мусульмане. И по определению ислам всегда играл и будет играть доминирующую роль в общественной жизни и в политических процессах, которые там происходили. Власть в Узбекистане уже давно играла с огнем, и, к сожалению, сбылся прогноз, который высказывался еще пять лет назад.

Наблюдается стремление властей Узбекистана не вести диалог с оппозицией, а подавлять любое инакомыслие. Два года назад я уже писал о том, что голос духовенства, которое на 100% было сориентировано на авторитарную фигуру Ислама Каримова, не выражает чаяния простых верующих. Голос мусульманской общины не доходил до власть предержащих. И этот котел, который кипел уже давно, теперь взорвался. Иными словами, произошло то, что и должно было произойти.

Аргументы же, которые приводит власть, обвиняя во всем исламских экстремистов, очень слабы. Любая власть, если она рассчитывает удержаться, обязана прогнозировать ситуацию и вести диалог со всеми оппозиционными силами. К сожалению, режим Ислама Каримова был изначально жестко сориентирован на ценности светского государства. А там, где население на сто процентов состоит из мусульман, власть обязана просчитывать все свои шаги.

В событиях в Андижане большую роль сыграла и неблагополучная социальная ситуация. Организации радикального толка стояли на острие социального протеста. Замечу, что и ранее социальная и религиозная ситуация в Ферганской долине была неблагополучной. Вполне вероятно, что из-за невозможности получить систематическое исламское образование и неправильного понимания своего религиозного долга, некоторые мусульмане могли становиться носителями экстремистских идей.

Безусловно, исламские экстремистские организации аккумулировали в себе давно копившееся недовольство народа и, по сути дела, возглавили антиправительственное движение. Судя по разговорам с беженцами из Узбекистана, которые посещают московскую Соборную мечеть, события в Андижане рано или поздно могут повториться в той или иной форме.

Муфтий Прикамья Мухаммедгали Хузин, председатель исполкома Центрального духовного управления мусульман России:

В событиях в Узбекистане нельзя исключать исламский фактор, который был там использован и был определяющим. Экстремистские организации, о которых идет речь, появились не сегодня и не вчера, а существовали легально или полулегально на протяжении многих лет. Ферганская долина была местом, где радикальные исламистские группировки чувствовали себя достаточно вольготно. Но нельзя говорить, что именно они подняли мятеж. Я усматриваю другую силу, которая воспользовалась этой ситуацией. Еще за месяц до событий в Андижане мы обсуждали возможности повторения киргизской ситуации в Ферганской долине, поскольку здесь могли сыграть решающую роль именно исламские экстремистские группировки.

По узбекскому сценарию могут развиваться события по всей Средней Азии. А сегодня ситуация далека от того момента, когда ее можно было нормализовать лишь одними увещеваниями. Как узбекское правительство, так и киргизское должны твердо использовать свою власть. И Россия в этом вопросе не должна оставаться сторонним наблюдателем. Для распространения в России экстремистских движений почва уже подготовлена. Уже 15 лет у нас легально или полулегально действуют исламские экстремистские группировки. В некоторых регионах действуют параллельные исламские структуры, которые пытаются представить экстремистские организации как обычные исламские движения.

Исмагил Шангареев, муфтий Оренбургской области, директор Исламского правозащитного центра:

Президент Узбекистана Ислам Каримов пугает общественность, заявляя о том, что события в Андижане имели религиозную подоплеку. Он приплетает сюда и "Хизб ут-Тахрир", и "Акрамию". Я считаю, что в этих событиях не было никакой религиозной подоплеки. На улицы от безысходности и страха за свою жизнь вышли люди, доведенные до отчаяния. Они просто не видели никакого иного выхода, даже несмотря на то что им грозил террор, о котором уже не раз говорил Каримов.

Беженцами, которые сейчас покидают Узбекистан, руководит в основном страх. Конечно, там, где хаос, наверняка, присутствуют и экстремистские религиозные организации. Этого тоже исключать нельзя. Но власти Узбекистана намеренно указывают на "Хизб ут-Тахрир", уверяя, что именно эта организация была причиной столкновений. Чтобы Узбекистан не стал экстремистским государством, нельзя доводить народ до отчаяния!

* * *

Опрос подготовил Александр Петров

Независимая газета-Религии, N 9, 01.06.2005, с. 2