Кадр из кинофильма «Ты не сирота»
Помпезные монументы советской эпохи редко вызывают отклик в душах людей, современные, впрочем, еще реже. На этом фоне памятник кузнецу Шаахмеду Шамахмудову был вызывающе неформален и человечен.
Каждый, кто жил в Узбекистане, знает этот тип узбеков - черных от солнца, простодушно-честных, с коричневыми узловатыми руками, привыкшими держать мотыгу или другой нехитрый инструмент. Всю жизнь такой отец семейства озабочен только тем, чтобы одеть, обуть и, по возможности, выучить многочисленное потомство, а главное – достойно справить всем свадьбу.
| Из воспоминаний Ольги Юрьевны Пославской, профессора Ташкентского университета: «В Шейхантаур приходили не только узбеки, но и русские, армяне, которых всегда было много в среднеазиатских городах, евреи; многие с детьми. Вообще, на всём быте европейского населения ощущалось узбекское влияние. В русской речи мелькало много узбекских слов. Девчонки мазали брови усьмой, а ладони и ногти — хной. ...На берегу Калькауза была большая чайхана, где отдыхали мужчины окрестных кварталов: распивали чаи, приготавливали и вкушали плов и, к сожалению, курили анашу, характерный запах которой доносился из темноватого помещения чайханы. Почему-то мы с Ириной (бабушка Д.А. Сухарева - И.И.) решили проводить агитацию против употребления наркотиков. До сих пор не пойму, почему нас не побили одурманенные наркоманы. Было нам в те годы всего двенадцать и четырнадцать лет, и мы самоуверенно, если не сказать нахально, поучали взрослых мужчин, что курить анашу вредно. Идиллические были времена! Курильщики анаши на улице не показывались, невозможно было встретить и пьяного мусульманина. ...Идёшь вечером по городу, навстречу компания молодых людей. Немного волнуешься — вдруг заденут? Подходят ближе, слышишь узбекскую речь. Значит, можешь быть спокойна. В большом взаимном уважении жили мы на наших пригородных «дачах» среди узбекского населения». (Середина 20-х годов ХХ века). |
|
Д.Сухарев, «Ташкентская сага».
