Норвежский Хельсинкский комитет подготовил и выпустил доклад о положении женщин в Дашогузской женской колонии (Туркменистан). Доклад был подготовлен при содействии туркменских гражданских активистов, чьи имена не разглашаются по соображениям безопасности. Редактуру доклада осуществили Ивар Дале, советник по вопросам Центральной Азии в Норвежском Хельсинкском комитете, и Виталий Пономарев (Правозащитный центр «Мемориал»). Этот отчет подготовлен для рассмотрения на 46-й сессии Комитета ООН против пыток по Туркменистану.

«Фергана» предлагает сокращенный пересказ доклада, полный текст которого можно прочитать здесь и у нас на сайте

Самая закрытая страна

В марте 2009 года правительство Туркменистана представило в Комитет ООН против пыток (КПП) доклад, в котором подчеркивалось: законодательство Туркменистана запрещает виды наказания, причиняющие физические страдания или унижающие человеческое достоинство, а условия содержания в туркменских тюрьмах не представляют собой угрозу для жизни и здоровья человека, осужденного за преступления. Принципы, изложенные в Конвенции ООН против пыток, нашли свое отражение в статьях 3 и 13 Уголовного кодекса Туркменистана.

Однако условия содержания в тюрьме в Туркменистане не отвечают международным стандартам. Практически невозможно осуществить мониторинг тюрем в стране, хотя другие государства-члены ОБСЕ, за исключением Узбекистана, как правило, доступны для международного мониторинга. Туркменистан продолжает блокировать доступ для внешних наблюдателей, отказываясь выдавать визы представителям правозащитных организаций. Последняя гуманитарная организация, осуществлявшая деятельность в Туркменистане, «Врачи без границ», закрыла свою миссию в стране в апреле 2010 года, ссылаясь на непреодолимые трудности в сотрудничестве с туркменским правительством.

По мнению авторов доклада, Туркменистан является самой закрытой страной для международных организаций по правам человека и мониторинговых групп и занимает нижние строчки всех основных рейтингов в сфере демократии и прав человека.

2000 женщин в колонии, рассчитанной на тысячу

Отчет о ситуации в Дашогузской женской колонии дает уникальную возможность увидеть повседневную жизнь более 2000 женщин, отбывающих наказание в колонии на севере Туркменистана. Отчет основан на основе интервью с бывшими заключенными колонии и их родственниками.

Женская колония в Дашогузе (бывший Ташауз) была создана в советское время более 40 лет назад. После распада Советского Союза колонию стали использовать для женщин-заключенных.

По неподтвержденным данным, новые здания были достроены в колонии Дашогуза в течение 2010 года. Текущий размер колонии остается неизвестным, но во время, когда собиралась эта информация, т.е. в 2009-2010, имелись четкие признаки того, что тюрьма была переполнена.

Точное количество заключенных остается неопределенным. Общее число заключенных начало расти в конце 1990-х и продолжает увеличиваться. Весной 1997 года в колонии находилось 223 женщин, в марте 1999 года их было уже около 500. В октябре 2004 года женщин увеличилось до 2200, из которых 700 были амнистированы и освобождены через месяц. Однако к 2005 году количество заключенных достигло 2400 женщин. В период с 2008-2009 года в колонии находилось в среднем 2300-2500 заключенных, и эта цифра не опускалась ниже 2000 человек даже после того, как многие из них были освобождены по амнистии. При этом существующее количество зданий в колонии не предназначено для содержания более чем 1000 заключенных.

Около трех четвертей заключенных осуждены за преступления, связанные с наркотиками, а большинство других – за хищения, растраты и кражи.

В колонии несколько отделений, для каждого установлен свой «режим»: общий, усиленный, строгий и СИЗО.

С осени 2009 года заключенные, отбывающие наказание в общем режиме, или с минимальной охраняемостью, были поделены на 6 отрядов. Каждый отряд может содержать 250-300 заключенных, был организован отряд для инвалидов, тяжелобольных и пожилых заключенных.

Жилой отсек первого отряда считается показательным – здания были недавно отремонтированы, есть цветы на подоконниках и цветной телевизор. Существует 3-этажный блок для заключенных, живущих в условиях усиленного режима (с максимальной охраняемостью) и вмещающий до 300 человек, и одноэтажное здание для заключенных так называемого особого режима (рецидивистов и осужденных за особо тяжкие преступления), которое вмещает до 150 человек. Имеется также корпус для заключенных, осужденных к тюремному режиму (по оценке Туркменской инициативы по правам человека, там содержится до 75 человек). Еще примерно 15-20 человек находятся в одноэтажных кирпичных бараках для заключенных, больных туберкулезом, и около 10 человек, отбывающих наказание в изоляционном блоке для высокопоставленных заключенных, содержащихся под особым контролем.

Иностранцы содержатся в тех же условиях, однако их количество неизвестно. С 2006 по 2009 годы в небольшой зоне содержались несовершеннолетние от 14 до 18 лет. По данным ТИПЧ, их 215 человек.

Питание и условия проживания

Все жилые помещения колонии переполнены. Заключенные спят не только на двухъярусных кроватях, но и на полу между ними. Иногда устанавливаются дополнительные военные палатки. В жаркое время года часть заключенных спит на улице.

В зимнее время весь блок греется радиаторами, а летом стекла заменяют антимоскитными сетками. Из-за перенаселенности жилых блоков часть заключенных в начале 2010 года перевели в здание швейной фабрики.

Очевидцы свидетельствуют, что системы вентиляции и отопления отсутствуют, вместо окон - отверстия, затянутые полиэтиленом. Внутри помещения большая влажность, с потолка капает вода. Ни в одном из блоков нет достаточно простыней, часть заключенных имеет только матрац или одеяло.

Не хватает мест в столовой, рассчитанной на 1000 человек. Часть продуктов расхищается администрацией. Длинные очереди выстраиваются на получение еды, часто вспыхивают потасовки. Порции весьма скудные: на завтрак дают четверть буханки плохо пропеченного черного хлеба, иногда - консервированные соленые помидоры. На обед - баланда из костей, на хлопковом масле, с тыквой вместо картофеля, каша из низкосортного зерна и хлеб. На ужин - каша пшеничная, иногда дают консервированную кильку с хлебом.

Женщины могут готовить еду из продуктов, которые передают им родственники. Это запрещено, но администрация закрывает глаза на такие нарушения. Если же продукты обнаруживают во время обыска, то заключенных помещают в штрафной изолятор.

Во время свиданий с родственниками заключенному разрешается передать до 25 кг продуктов питания. Не разрешено передавать картофель, баклажаны, репу, тыкву, кабачки, хлопковое масло, крупы, макароны, кофе, маринады. Нельзя стеклянную тару, столовые приборы, электрокипятильники, электронику, мобильные телефоны, легковоспламеняющиеся вещества, спички и краску для волос.

Обыск проводят раз в неделю, найденные запрещенные вещи конфисковываются. Раз в году проводится тотальный «шмон».

Баня разрешена раз в неделю, дополнительные посещения возможны за неофициальную плату - 1-2 маната.

Одеты заключенные в черные робы с нашивкой (на ней обозначены ФИО и номер отряда), черные туфли и белые косынки, волосы должны быть полностью спрятаны. Одежду заключенные, как правило, шьют себе сами.

Теплую одежду выдавали лишь однажды, в январе 2008 года - тогда администрация выдала заключенным, работавшим на улице, около 200 курток (примерно четверть от необходимого количества).

Колония тотально пронизана коррупцией. Практически все сотрудники берут взятки, и каждая «услуга» имеет свою цену. Получить больничный лист на один день стоит 6 манатов, неофициальное освобождение от работы оценивается в несколько раз выше. Использование комнаты для свидания стоит 12 манатов, для свидания со всей семьей цена возрастает до 100 долларов США. Цена пластиковой бутылки водки для празднования Нового года возрастала до 40 манат.

В свободное время заключенные имеют доступ к библиотеке, смотрят телевизор, занимаются рукоделием, иногда им устраиваются концерты. Празднование Нового года разрешается до 2 часов ночи. В колонии есть небольшая мечеть, открытая для всех. Заключенные могут читать официальную прессу, которая поставляется нерегулярно. Радио в колонии нет.

Медицина. Лекарства за взятки и роды в наручниках

По прибытии в колонию заключенные проходят двухнедельный карантин, их проверяют на педикулез и сифилис. Раз в году проходят флюорографию. В колонии работают два врача и четыре медсестры. Гинеколог или стоматолог вызываются в колонию в случае необходимости.

Медицинская больница открыта с 9 утра до 6 вечера. Лекарств нет - пациенты вынуждены покупать их неофициально у врачей, просить лекарства и предметы личной гигиены у родственников запрещено. В редких случаях заключенным разрешается иметь инсулин и сердечные препараты.

Больные заключенные получают дополнительные 200 г молока в день и 200 граммов маргарина каждые десять дней (что в два раза меньше, чем в 2007).

Экстренные хирургические операции и роды проводятся в городской больнице в Дашогузе, куда заключенных отправляют под конвоем.

Информация о том, как поступают с осужденными роженицами, разнится. По одним данным, женщины находятся вместе с ребенком в течение 12 месяцев со дня его рождения. По другим, во время транспортировки в больницу или родильный зал женщина прикована наручниками к двум солдатам, а во время родов ее приковывают наручниками к кровати с обеих сторон. Сразу же после рождения ребенок передается мужу или родственникам, а если таковых нет, то ребенок останется в больнице, а мать возвращается под конвоем в колонию, где через один-два дня приступает к работе.

Принудительный труд

7:00 Построение

7:30 Завтрак

8:00 Начало работы

12:00-14:00 Построение и обед

17:00 Вечерняя поверка

18:00 Ужин

22:00 Отбой (по субботам, 23:00)

Воскресенье выходной день